Владимир Маяковский "Мистерия Буфф" Пьеса Пролог МИСТЕРИЯ-БУФФ Героическое, эпическое и сатирическое изображение нашей эпохи В Т О Р О Й В А Р И А Н Т "Мистерия-буфф" - дорога. Дорога революции. Никто не предска- жет с точностью, какие еще горы придется взрывать нам, идущим этой дорогой. Сегодня сверлит ухо слово "Ллойд-Джордж", а завт- ра имя его забудут и сами англичане. Сегодня к коммуне рвется воля миллионов, а через полсотни лет, может быть, в атаку дале- ких планет ринутся воздушные дредноуты коммуны. Поэтому, оставив дорогу (форму), я опять изменил части пейзажа (содержание). В будущем все играющие, ставящие, читающие, печатающие "Мисте- рию-буфф", меняйте содержание, - делайте содержание ее современ- ным, сегодняшним, сиюминутным. Д Е Й С Т В У Ю Т : 1. С е м ь п а р ч и с т ы х: 1) Негус абиссинский, 2) Раджа индийский, 3) Турецкий паша, 4) Российский спекулянт, 5) Китаец, 6) Упитанный перс, 7) Клемансо, 8) Немец, 9) Поп, 10) Австралиец, 11) Жена австралийца, 12) Ллойд-Джордж, 13) Американец и 14) Дипломат. 2. С е м ь п а р н е ч и с т ы х: 1) Красноармеец, 2) Фонар- щик, 3) Шофер, 4) Шахтер, 5) Плотник, 6) Батрак, 7) Слуга, 8) Кузнец, 9) Булочник, 10) Прачка, 11) Швея, 12) Машинист, 13) Эскимос-рыбак и 14) Эскимос-охотник. 3. С о г л а ш а т е л ь. 4. И н т е л л и г е н ц и я. 5. Д а м а с к а р т о н к а м и. 6. Ч е р т и: 1) Вельзевул, 2) Обер-черт, 3) Вестовой, 4) 2-й вестовой, 5) Караульный, 6) 20 чистых с рогами и хвостами. 7. С в я т ы е: 1) Мафусаил, 2) Жан-Жак Руссо, 3) Лев Толстой, 4) Гавриил, 5) Ангел, 6) 2-й ангел и 7) ангелы. 8. С а в а о ф. 9. Д е й с т в у ю щ и е З е м л и о б е т о в а н н о й: 1) Молот, 2) Серп, 3) Машины, 4) Поезда, 5) Автомобили, 6) Рубанок 7) Клещи, 8) Игла, 9) Пила, 10) Хлеб, 11) Соль, 12) Сахар, 13) Материя, 14) Сапог, 15) Доска с рычагом. 10. Ч е л о в е к б у д у щ е г о. М Е С Т А Д Е Й С Т В И Й 1. Вся вселенная. 2. Ковчег. 3. Ад. 4. Рай. 5. Страна обломков. 6. Земля обетованная. ПРОЛОГ Н е ч и с т ы й Через минуту мы вам покажем... Мистерию-буфф. Должен сказать два слова я: это вещь новая. Чтобы выше головы прыгнуть, надо чтоб кто-нибудь помог. Перед новой пьесой необходим пролог. Во-первых, почему весь театр разворочен? Благонамеренных людей это возмутит очень. Вы для чего ходите на спектакли? Для того, чтобы удовольствие получить - не так ли? А велико ли удовольствие смотреть, если удовольствие только на сцене; сцена-то - всего одна треть. Значит, в интересном спектакле, если все застроишь, то и удовольствие твое увеличится втрое ж, а если спектакль неинтересный, то не стоит смотреть и на одну треть. Для других театров представлять не важно: для них сцена - замочная скважина. Сиди, мол, смирно, прямо или наискосочек и смотри чужой жизни кусочек. Смотришь и видишь - гнусят на диване тети Мани да дяди Вани. А нас не интересуют ни дяди, ни тети,- теть и дядь и дома найдете. Мы тоже покажем настоящую жизнь, но она в зрелище необычайнейшее театром превращена. Суть первого действия такая: земля протекает. Потом - топот. Все бегут от революционного потопа. Семь пар нечистых и чистых семь пар, то есть четырнадцать бедняков-пролетариев и четырнадцать буржуев-бар, а меж ними, с парой заплаканных щечек - меньшевичочек. Полюс захлестывает. Рушится последнее убежище. И все начинают строить даже не ковчег, а ковчежище. Во втором действии в ковчеге путешествует публика: тут тебе и самодержавие, и демократическая республика, и наконец за борт, под меньшевистский вой, чистых сбросили вниз головой. В третьем действии показано, что рабочим ничего бояться не надо, даже чертей посреди ада. В четвертом - смейтесь гуще! - показываются райские кущи. В пятом действии разруха, разинув необъятный рот, крушит и жрет. Хоть мы работали и на голодное брюхо, но нами была побеждена разруха. В шестом действии - коммуна,- весь зал, пой во все глотки! Смотри во все глаза! Все готово? И ад? И рай? Из-за сцены. Г-о-т-о-в-о! Давай! * * * * * ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ На зареве северного сияния шар земной, упирающийся полюсом в лед пола. По всему шару лестницами перекрещиваются канаты широт и долгот. Между двух моржей, подпирающих мир, э с к и- м о с-о х о т н и к, уткнувшись пальцем в землю, орет д р у- г о м у, растянувшемуся перед ним у костра. О х о т н и к Эйе! Эйе! Р ы б а к Горланит. Дела другого нет - пальцем землю тыркать. О х о т н и к Дырка! Р ы б а к Где дырка? О х о т н и к Течет! Р ы б а к Что течет? О х о т н и к Земля! Р ы б а к (вскакивая, подбегая и засматривая под зажимающий палец) О-о-о-о! Дело нечистых рук. Черт! Пойду предупрежу Полярный круг. Бежит. На него из-за склона мира наскакивает выжимающий рукава н е м е ц. Секунду ищет пуговицу и, не найдя, ухватывает шерсть шубы. Н е м е ц Гер эскимос! Гер эскимос! Страшно спешно! Пара минут... Р ы б а к Ну? Н е м е ц Так вот - сегодня сижу я это у себя в ресторане на Фридрихштрассе. В окно солнце так и манит. День, как буржуй до революции, ясен. Публика сидит и тихо шейдеманит. Суп съев, смотрю я на бутылочные эйфели. Думаю: за какой мне приняться беф? Да и приняться мне за беф ли? Смотрю - и в горле застрял обед: что-то неладное с Аллеей Побед. Каменные Гогенцоллерны, стоявшие меж ромашками, вдруг полетели вверх тормашками. Гул. На крышу бегу. Виясь вокруг трактирного остова, безводный прибой, суетне вперебой, бежал, кварталы захлестывал. Берлин - тревожного моря бред, невидимых волн басовые ноты. И за, и над, и под, и пред - домов дредноуты! И прежде чем мыслью раскинуть мог, от Фоша ли это или от... Р ы б а к Скорей! Н е м е ц Я весь до ниточки взмок. Смотрю - все сухо, но льется, и льется, и льет. И вдруг, крушенья Помпеи помпезней, картина разверзлась - с корнем Берлин был вырван и вытоплен в бездне, у мира в расплавленном горне. Я очнулся на гребне текущих сел. Я весь свой собрал яхт-клубский опыт, - и вот перед вами, милейший, все, что осталось теперь от Европы. Р ы б а к Н-н-немного... Н е м е ц Успокоится, конечно... Дня-с на два-с. Р ы б а к Да говори ты без этих европейских юлений! Чего тебе надо? Тут не до вас. Н е м е ц (показывая горизонтально) Разрешите мне около ваших многоуважаемых тюленей. Рыбак досадливо машет рукой костру, идет в другую сторону - предупреждать Круг - и натыкается на выбегающих из-за дру- гого склона измокших а в с т р а л и й ц е в. Р ы б а к (отступая в удивлении) А еще омерзительней не было лиц?! А в с т р а л и е ц с ж е н о й (вместе) Мы - австралийцы. А в с т р а л и е ц Я - австралиец. Все у нас было. Как-то-с: утконос, пальма, дикобраз, кактус... А в с т р а л и й к а (плача в нахлынувшем чувстве) А теперь пропали мы, все пропало: и кактусы, и утконосы, и пальмы - все утонуло... все на дне... Р ы б а к (указывая на разлегшегося немца) Вот идите к ним. А то они одне. Собравшись вновь идти, эскимос остановился, прислушиваясь к двум голосам с двух сторон земного шара. П е р в ы й г о л о с Котелок, у-ту! В т о р о й Цилиндр, у-ту! П е р в ы й Крепчает! Держитесь за северную широту! В т о р о й Яреет! Хватайтесь за южную долготу! По канатам широт и долгот скатываются с земного шара а н г л и - ч а н и н и ф р а н ц у з. Каждый водружает национальное знамя. А н г л и ч а н и н Знамя водружено. Хозяин полный в снежном лоне я. Ф р а н ц у з Нет, извините! Я раньше водрузил. Это - моя колония. А н г л и ч а н и н (раскладывая какие-то товары) Нет - моя, я уже торгую. Ф р а н ц у з (начиная сердиться) Нет - моя, а вы себе поищите другую. А н г л и ч а н и н (взъярясь) Ax, так! Да чтобы ты погиб! Ф р а н ц у з (взъярясь) Ах, так! Насажу я тебе шишку на нос! А н г л и ч а н и н (лезет с кулаками на француза) Англия, гип-гип! Ф р а н ц у з (лезет с кулаками на англичанина) Вив ла Франс!* А в с т р а л и е ц (бросается разнимать) Ну и народ! Не народ, а сброд чистый: уже ни империй нет, ни империалов, а они все еще морду друг другу бьют. Р ы б а к Эх, вы, империалисты! Н е м е ц Бросьте, что вы, право! Р ы б а к Ну и орава! Прямо на голову вновь собравшемуся идти эскимосу низвергается наш к у п ч и н а. К у п е ц Почтенные, это безобразие! Да рази я Азия? "Уничтожить Азию" - постановление совнеба. Да я и в жисть азиатом не был! (Успокоившись немного.) Вчера в Туле сижу я спокойно в стуле. Как рванет двери! Ну, думаю - из Чека! У меня, сами понимаете, аж побледнела щека. Но бог многомилостив на свете: оказывается, не Чека - ветер. Крапнуло немного, потом пошло, дальше - больше, больше - выше, хлынуло в улицы, рвануло крыши... В с е Тише! Тише! Ф р а н ц у з Слышите? Слышите топот? Множество приближающихся голосов. Потоп! потопом! потопу! о потопе! потопа! А н г л и ч а н и н (в ужасе) О, господи! Несчастие - как из трубы водосточной, а тут еще этот вопрос восточный. Впереди н е г у с, за ним - к и т а е ц, п е р с, т у р о к, р а д ж а, п о п, с о г л а ш а т е л ь. Шествие замыкают вли- вающиеся со всех сторон все с е м ь п а р н е ч и с т ы х. Н е г у с Хоть чуть чернее снегу-с, но тем не менее я абиссинский негус. Мое почтенье. Я покинул сейчас мою Африку. Извивался в ней Нил, удав-река. Как взъярился Нил, царство сжав в реку, и потопла в нем моя Африка. Хоть нет именья, но тем не менее... Р ы б а к (досадливо) ...но тем не менее мое почтенье. Слыхали, слыхали! Н е г у с Прошу не забываться - с вами говорит негус, и негус хочет кушать. Что это? Должно быть, вкусная собачка? Р ы б а к Я те дам - собачка! Это морж, а не собачка. Негус по ошибке пытается сесть на похожего как две капли воды на моржа Л л о й д - Д ж о р д ж а. Р ы б а к Иди садись, да никого не запачкай. А н г л и ч а н и н (перепуганно) Это не я морж, это он морж, а я не морж, я Ллойд-Джордж. Р ы б а к (обращаясь к остальным) А вам чего? К и т а е ц Ничего! Ничего! Утоп мой Китай! П е р с Персия, моя Персия пошла на дно! Р а д ж а Даже Индия, поднебесная Индия, и та! П а ш а И от Турции осталось воспоминание одно! * * * * * __________ * Да здравствует Франция! (фр. - Vive la France!). * * * * * Из толпы чистых прорывается д а м а с бесконечным количеством картонок. Д а м а Осторожней! Не рвите! Шелк тонкий! (Рыбаку.) Мужик, помоги поставить картонки. Г о л о с (из толпы чистых) Какая милая! Какая пикантная!.. Р ы б а к Дармоедка праздная! Ф р а н ц у з Вы какой будете нации? Д а м а Нация у меня самая разнообразная. Сначала была русской - Россия мне стала узкой. Эти большевики - такой ужас! Я женщина изящная, с душою тонкой - я взяла и стала эстонкой. Стали большевики наседать на окраины - я и стала гражданкой Украины. Брали Харьков раз десять - я в какой-то республике устроилась в Одессе. Одессу взяли, Врангель в Крыму - я взяла и подчинилась ему. Гнали белых по морю и по полю - я уже турчанка. Гуляю по Константинополю. Стали большевики подходить ближе - а я уже парижанка. Гуляю в Париже. Наций сорок переменила, признаться, я - теперь у меня камчатская нация. Какое паршивое на полюсах лето: нельзя показать ни одного туалета! Р ы б а к (прикрикивает на чистых) Тише! Тише! Что это за гул? С о г л а ш а т е л ь (в истерике отделяется от толпы) Послушайте! Я не могу! Послушайте! Что же это такое? Сухого места на свете нет! Послушайте! Оставьте меня в покое! Отпустите меня домой, в кабинет! Послушайте! Я не могу! Я думал, потоп по Каутскому будет. И волки сыты, и овцы целы. А теперь - убивают друг друга люди. Милые красные! Милые белые! Послушайте, я не могу! Ф р а н ц у з Да не трите глаз... не кусайте губ... (Придвигающимся к костру нечистым, заносчиво.) А вы которых наций?! Н е ч и с т ы е (вместе) По свету всему гоняться привык наш бродячий народина. Мы никаких не наций, труд наш - наша родина. Ф р а н ц у з Старые арии! И с п у г а н н ы е г о л о с а ч и с т ы х Это пролетарии! Пролетарии... Пролетарии... К у з н е ц (французу, похлопывая его по изрядному животу) Шум потопа, небось, в ушах-то? П р а ч к а (ему же, насмешливо и визгливо) Лег бы сейчас и уснул на кровати? Пустить бы тебя в окопы да в шахты! К р а с н о а р м е е ц (грозно) Пошел бы в окопы - в окопах мокроватей. Видя назревающий "конфликт" между чистыми и нечистыми, разни - мать их бросается с о г л а ш а т е л ь. С о г л а ш а т е л ь Милые! Ну, не надо! Не подымайте ругань! Бросьте друг на друга коситься. Протяните руки, обнимите друг друга. Господа, товарищи, надо согласиться. Ф р а н ц у з (злобно) Чтоб я согласился? Это уж слишком! Р ы б а к (злобно. И рыбак и француз костыляют шею соглашателю) Ах ты, соглашатель! Ах ты, соглашателишка! С о г л а ш а т е л ь (отбегал, побитый, скулит) Ну вот, опять... Я ему по-хорошему, а он... Так вот всегда: зовешь согласиться, а тебе наложат с двух сторон. Нечистые проходят, разделяя брезгливо жмущуюся толпу чистых, рассаживаются у костра. Толпа чистых смыкается за ними в круг. П а ш а (вылазит в середину) Правоверные! Надо обсудить, что же произошло. Давайте вникнем в суть явления. К у п е ц Дело простое - светопреставление. П о п А по-моему - потоп. Ф р а н ц у з И вовсе не потоп, а то б дождик был. Р а д ж а Да, не было дождика. Д и п л о м а т Значит, и эта идея тоже дика... П а ш а Но все-таки - что же, правоверные, произошло? Давайте, правоверные, посмотрим в корень. К у п е ц Народ, по-моему, стал непокорен. Н е м е ц Думаю, война, я. И н т е л л и г е н ц и я Нет, по-моему, причина иная. По-моему, метафизическое... К у п е ц (недовольно) Война - метафизическое! Начали с Адама! Г о л о с а По очереди! По очереди! Не устраивайте содома. П а ш а Те! Давайте говорить постепенно. Ваше слово, студент! (Оправдывается перед толпой.) А то у него даже на губах пена. И н т е л л и г е н т Сначала все было просто: день сменила ночь, и только заря чересчур разнебесилась ало. Потом - законы, понятия, веры, гранитные кучи столиц и самого солнца недвижная рыжина,- все стало как будто немного текуче, ползуче немного, немного разжижено. Потом как прольется! Улицы льются, растопленный дом низвергается на дом. Весь мир, в доменных печах революций расплавленный, льется сплошным водопадом. Г о л о с к и т а й ц а Господа! Внимание! Сюда моросят! Ж е н а а в с т р а л и й ц а Хорошенькое моросят! Измочило, как поросят. П е р с Может, конец мира близок, а мы митингуем, орем и ржем. Д и п л о м а т (жмется к полюсу) Становитесь сюда! Теснее! Здесь не закапает. К у п е ц (наддавая коленкой зажимающего дыру с присущим этому народу терпением эскимоса) Эй, ты! Пошел к моржам! Охотник-эскимос отлетает, и из открытой дыры забила в присутст- вующих струя. Веером рассыпались чистые, нечленораздельно оря. И-и-и-и-и! У-у-у-у-у! А-а-а-а-а! Через минуту все бросаются к струе. Забить! Заткнуть! Зажать! Отхлынули. Только австралиец остался у земного шара с пальцем в дыре. В общем переполохе взгромоздился на пару поленьев поп. П о п Братие! Лишаемся последнего вершка! Последний дюйм заливает водой! Г о л о с а н е ч и с т ы х (тихо) Кто это? Кто этот шкаф с бородой? П о п Сие на сорок ночей и на сорок ден! К у п е ц Правильно! Господь надоумил умно его. И н т е л л и г е н ц и я В истории был подобный прецедент - вспомните знаменитое приключение Ноево. К у п е ц (водворяясь на место попа) Это глупости - и история, и прецедент, и воопче... Г о л о с а Ближе к делу! К у п е ц Давайте, братцы, построим копчег. Ж е н а а в с т р а л и й ц а Правильно! Ковчег! И н т е л л и г е н ц и я Вот охота! Пароход построим. Р а д ж а Два парохода! К у п е ц Правильно! Весь капитал вложу! Те спаслись, а мы умнее тех, никак. О б щ и й г у л Да здравствует, да здравствует техника! К у п е ц Подымите руки - кто за. О б щ и й г у л И рук не надо, видно за глаза. И чистые и нечистые подымают руки. Ф р а н ц у з (заняв место купца, со злобой осматривает кузнеца, поднявшего руку) И ты туда же? Да и не тщись ты! Господа, давайте не возьмем нечистых! Будут знать, как нас ругать! Г о л о с п л о т н и к а А ты умеешь пилить и строгать? Ф р а н ц у з (поникая) Я передумал. Возьмем нечистых. К у п е ц Только отберем непьющих и плечистых. Н е м е ц (влезая на место француза) Т-с-с, господа, может быть, еще и не придется мириться с нечистыми. К счастью, мы не знаем, что с пятой частью света. Галдите, и даже не побеспокоились узнать, есть меж нами американцы ли. К у п е ц (радостно) Ну и голова! Не человек, а германский канцлер! Радость прорезает крик австралийки. Что это? Прямо из зала к напряженно вглядывающимся врывается а м е р и - к а н е ц на мотоцикле. А м е р и к а н е ц Милостивые государи, где здесь строят ковчег? (Протягивает бумагу.) Вот от утопшей Америки на двести миллиардов чек. Молчаливое уныние. И вдруг вопль зажимающего воду австралийца. А в с т р а л и е ц Чего разглазелись? Будет пялиться! Ей-богу, выну! Коченеют пальцы! Чистые засуетились, трутся к нечистым. Ф р а н ц у з (кузнецу) Ну что, товарищи, построим, а? Н е з л о б и в ы й к у з н е ц А мне что, по мне хоть... (Машет рукой нечистым.) Айда, товарищи! Ехать, так ехать. Нечистые подымаются. Пилы. Рубанки. Молотки. С о г л а ш а т е л ь Поскорее, товарищи, поскорее, милые!.. За работу! В руки топоры и пилы! И н т е л л и г е н т (отходит в сторону) Работать - и не подумаю даже. Сяду себе вот тут и займусь саботажем. (Кричит на работающих.) Живей поворачивайся! Руби, да не промахивайся мимо! П л о т н и к А ты чего сидишь, руки сложивши? И н т е л л и г е н т Я спец, я незаменимый... Занавес * * * * * ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ Палуба ковчега. По всем направлениям панорама рушащихся в волны земель. В низкие облака упирается запутанная веревками лестница-мачта. В стороне рубка и вход в трюм. Ч и с т ы е и н е ч и с т ы е выстроились по близкому борту. Б а т р а к Н-да! Не хотел бы я нынче за борт. Ш в е я Глянь-ка туда: не волна, а забор! К у п е ц Зря я это с вами спутался. Всегда вот так, без толка. Мореплаватели тоже! Нашли морского волка, Ф о н а р щ и к Ишь поднесла! Гудит и стенает. Ш в е я Какой там забор! Закрыло стеною! Ф р а н ц у з Да-с. Очень глупо-с! Говорю вам с прискорбием и болью-с. Сидели б. Земля еще держится. Какой ни на есть, а все-таки полюс. Б а т р а к Что волки твои, волнищами ляскают. О б а э с к и м о с а, ш о ф е р и а в с т р а л и й ц ы (сразу) Глядите, что это? Что с Аляскою? Н е г у с Ну и метнулась! Что камень пращой. Н е м е ц Ухнулась! Э с к и м о с Нет ее! Р ы б а к Нет! В с е Прощай! Прощай! Прощай! Ф р а н ц у з (расплакался, придавленный воспоминаниями) Боже мой!.. Боже мой!.. Бывало, всей семьей соберемся у чайного столика - плюшки, икорка... Б у л о ч н и к (отмеряя кончик ногтя) Чудно, ей-богу! Ну, не жаль вот ни столько. С а п о ж н и к Я водчонки припас. Найдется рюмка? С л у г а Найдется. Р у д о к о п Ребята, идемте в трюм-ка! Э с к и м о с - о х о т н и к Ну, как моржонок? Не очень поджарый ли? С л у г а Ничего не поджарый, славно поджарили. Чистые одни. Нечистые спускаются в трюм, подпевая. Что терять нам? Испугаться нам потопа ли? Разустали ножки - по свету потопали! Эх, и отдых в пароходах. Эх! И моржонка съесть и водочки хлебнуть не грех... Эх, не грех! Чистые окружили расхныкавшегося француза. П е р с Стыдно, право! Бросьте орать-то! К у п е ц Перебьемся как-нибудь, доползем до Арарата. Н е г у с С голоду подохнешь, пока гора-то. А м е р и к а н е ц Деньжищ уйма, а без пищи не дохнешь едва. Даю за фунт хлеба полмиллиона николаевок и бриллиантов фунта два. К у п е ц Спекулировал. В Чека сидел раза три. А на черта мне теперь эти деньги?! К и т а е ц Плюнь да разотри. П а ш а Что бриллианты! Теперь, если у человека камни в печени, то и то чувствуешь себя обеспеченней - быдто брюхо набито. А в с т р а л и е ц Никакой жратвы, одно корыто. С о г л а ш а т е л ь А тут еще и Сухаревка закрыта. К у п е ц (к попу) Ничего, смиренный инок, теперь на каждой площади Смоленский рынок. Д а м а И масло, и молоко, и сливки на рынке, - подставляй пустой карман вместо крынки. К у п е ц Это ты без молока насидишься, дура, а у рабочего премия, у рабочего натура, - получит и обменяется. Д а м а А я шляпки буду менять на яйца. И н т е л л и г е н т Обменяешь последнюю шляпу, а потом сиди, соси лапу. П о п (прислушиваясь к шуму в трюме) Ишь ржут! И н т е л л и г е н т Что им! Наловили рыбу и жрут. П о п Возьмем сеть или острогу и тоже давайте ловить. Н е м е ц 0-с-т-р-о-г-у? А как обращаться ею? Я только шпагой в человеке ковырять умею. К у п е ц Я закинул сеть, думал - рыбину выну, умаялся, и ничего - одну травину. П а ш а (сокрушенно) До чего доросли: первой гильдии - и жрут водоросли. Л л о й д - Д ж о р д ж (к Клемансо) Эврика! Давайте бросим ссориться. Какая может быть распря с англичанином у француза? Главное - это то, что у меня пузо, у вас пузо. С о г л а ш а т е л ь И у меня... пузо. К л е м а н с о Как это грустно: с таким прекрасным господином - и я не задрался чуть. Л л о й д - Д ж о р д ж Теперь нам не до драк: у нас с вами общий враг, Вот что я вам сказать хочу... Берет Клемансо под руку и отводит. Пошептавшись, возвращаются. К л е м а н с о Господа! Мы все такие чистые. Нам проливать за работой пот ли? Давайте заставим нечистых, чтоб они на нас работали. И н т е л л и г е н т Я бы их заставил! Да куда мне - чахл! А из них любой - косая в плечах. Л л о й д - Д ж о р д ж Боже сохрани драться! Не драться, а пока выжирают меню, пока восседают, пия и оря, возьмем и подложим им свинью... К л е м а н с о Выберем им царя! С о г л а ш а т е л ь Зачем царя? Лучше городового. К л е м а н с о А затем, что царь издаст манифест - все кушанья мне, мол, должны быть отданы. Царь ест, и мы едим - его верноподданные. В с е Здорово! П а ш а Ловко! Н е м е ц (радостно) Я же говорил вам - Бисмарочья головка! А в с т р а л и й ц ы Выбираем скорей! Н е с к о л ь к о г о л о с о в Но кого? Кого же? А н г л и ч а н и н и ф р а н ц у з Негуса. П о п Правильно! Ему и в руки вожжи. К у п е ц Какие вожжи? Н е м е ц Ну, как их там... бразды правления, что ли... Чего придираетесь? Смысл один. (Негусу.) Взлазьте, господин! Д а м а Господа! Скажите - это будет настоящий царь или только притворный? Г о л о с а Настоящий, настоящий! Д а м а Ах! Я буду дамой придворной! Л л о й д - Д ж о р д ж Скорей, скорей строчите манифест: с божьей, мол, милости... П а ш а и а в с т р а л и е ц А мы сюда, чтобы не успели вылезти. Паша и прочие строчат манифест. Немец с дипломатом разматывают перед выходом из трюма канат. Пошатываясь, вылазят н е ч и - с т ы е. Когда последний выполз на палубу, дипломат и немец ме- няются местами - и нечистые опутаны. Н е м е ц (сапожнику) Эй, ты! Ступай под присягу! С а п о ж н и к (плохо разбираясь в событиях) Можно, я лучше прилягу? Д и п л о м а т Я тебе прилягу - не встанешь сто лет! Господин поручик, наводите пистолет! Ф р а н ц у з Ага! Протрезвели! Вот так оно проще. Н е к о т о р ы е н е ч и с т ы е (грустно) Попались, братцы, как куры во щи. А в с т р а л и е ц Шапки долой! У кого там шапка? К и т а е ц и р а д ж а (подталкивают попа, стоящего под рубкой, возглавляемой негусом) Читай же, читай, стоят не дыша пока. П о п (по бумаге) Божьей милостью мы, царь изжаренных нечистыми кур и великий князь на оных же яйца, не сдирая ни с кого семь шкур, - шесть сдираем, седьмая оставляется, - объявляем нашим верноподданным: волоките все - рыбу, сухари, морских свинят и чего найдется съестного прочего. Правительствующий сенат не замедлит разобраться в грудах добра, отобрать и нас попотчевать. И м п р о в и з и р о в а н н ы й с е н а т и з п а ш и и р а д ж и Слушаемся, ваше величество! П а ш а (распоряжается. Австралийцу) Вы - в каюты! (Австралийке.) Вы - в кладовые! (Общее.) Чтоб нечистый ничего дорогой не выел. (Купцу, отматывая для него булочника.) Вы вот с ним спускайтесь в трюм. Я с раджою на палубе все просмотрю. Притащите сюда и возвращайтесь снова. Радостный гул чистых. Навалим целую гору съестного! П о п (потирая руки) А после братски поделимся добычею по христианскому обычаю. * * * * * * * * * * Конвоируемые чистыми, нечистые спускаются в трюм. Через минуту возвращаются и вываливают перед негусом всяческую пищу. К у п е ц (радостно) Все обыскали, больше нет ничего ровно. Продукт-то какой! Восхищенье! Одно слово - нормированный. Ну, ребята, востри зуб! А м е р и к а н е ц А нечистые? Н е м е ц Надо их запереть внизу. П о п Ну-тко, ваше величество, обождите. Одна минутка! Гонят нечистых в трюм, и пока возятся с ними, негус съедает все принесенное. Ч и с т ы е возвращаются. К л е м а н с о Идешь, Ллойд-Джордж? Л л о й д - Д ж о р д ж Иду, иду! Ч и с т ы е (подгоняют друг друга) Скорей, скорей, время за еду! Взбираются к негусу. Перед негусом пустое блюдо. В один грозный голос. Что здесь?! Гуляла мамаева рать? П о п (в исступлении) Один ведь, один - и чтоб столько сожрать! П а ш а Взял бы да грохнул по сытой роже. Н е г у с Молчать! Я помазанник божий. Н е м е ц Помазанник, помазанник! Лег бы, как мы... Д и п л о м а т На голодный желудок... П о п Иуда! Р а д ж а Тьфу! Не об этаком думал дне я. К у п е ц Ляжем. Утро вечера мудренее. Укладываются. Ночь. По небу быстро проходит луна. Луна склоня- ется. Рассвет. В синем утре приподнимается фигура дипломата. С другой стороны приподнимается немец. Д и п л о м а т Вы спите? Немец отрицательно качает головой. Д и п л о м а т Проснулись в эту порищу? Н е м е ц Уснешь тут! В животе такой разговорище. Ну, поговори, поговори еще! С о г л а ш а т е л ь Все котлеты снятся. П о п (издали) А что ж еще могло сниться? (Негусу.) Ишь, проклятый! Так и лоснится. А в с т р а л и е ц Холодно. И н т е л л и г е н т (негусу) Никаких духовных запросов! Объелся - и рад. Ф р а н ц у з (после короткой паузы) Господа, знаете что?.. Я чувствую, что я уже демократ. Н е м е ц Вот новость! Я всегда народ любил без памяти. П е р с (ехидно) А кто предлагал его величеству к стопам идти? Д и п л о м а т Бросьте ваши ядовитые стрелы! Самодержавие как форма правления несомненно устарело. К у п е ц Устареет, если росинки не попало в рот. Н е м е ц Серьезно! Серьезно! Назревает переворот. Довольно распрь, покончим с бранью! С о г л а ш а т е л ь Ура! Ура Учредительному собранию! (Отваливают люк.) Ура! Ур-а-а! (Друг Другу.) Наяривайте! Жмите! Из люка лезут разбуженные н е ч и с т ы е. С а п о ж н и к Что это? Перепились? К у з н е ц Авария? К у п е ц Граждане, пожалте на митинг! (Булочнику.) Гражданин, вы за республику? Н е ч и с т ы е (хором) Митинг? Республику? Какую такую? Ф р а н ц у з Стойте, сейчас интеллигенция растолкует. (Интеллигенту.) Эй ты, интеллигенция! "Интеллигенция" и француз влазят на рубку. Ф р а н ц у з Объявляю собрание открытым. (Интеллигенту.) Ваше слово! И н т е л л и г е н т Граждане! У этого царищи невозможный рот! Г о л о с а Правильно! Правильно, гражданин оратор! И н т е л л и г е н т Все, проклятый, как есть, сожрет! Г о л о с Правильно! И н т е л л и г е н т И никто никогда не доползет до Арарата. Г о л о с а Правильно! Правильно! И н т е л л и г е н т Довольно! Рвите цепи ржавые! О б щ и й г у л Долой! Долой самодержавие! С о г л а ш а т е л ь На кого вы руку подымаете? Ах! Монарх! Всю жизнь вам в каторге жить на нарах. Власть от бога. Не трогайте оной, господа. Согласитесь на монархии конституционной, на великом князе Николае или на Михаиле. Н е ч и с т ы е и ч и с т ы е (хором) Согласиться, чтобы все сжиралось им? Н е м е ц Я тебе соглашусь! В с е (хором) Мы тебя согласим! С о г л а ш а т е л ь (вздутый, плачется) Как начали греть! Как начали крыть! Легче помереть, чем их помирить. К у п е ц (негусу) Попили кровушки, нагадили народу... Ф р а н ц у з (негусу) Эй, ты, алон занфан в воду! Общими усилиями раскачивают негуса и швыряют за борт. Затем чистые берут под руки нечистых и расходятся, нашептывая. Д и п л о м а т (рудокопу) Товарищи, вы даже не поверите, я так безумно рад: нет теперь этих вековых преград. Ф р а н ц у з (кузнецу) Поздравляю вас! Рухнули вековые устои. К у з н е ц (неопределенно) М-да... Ф р а н ц у з Остальное устроится, остальное - пустое! П о п (швее) Теперь мы - за вас, вы - за нас. К у п е ц (довольный) Так, так! Води за нос. Д а м а Разве я к негусу была пылкой? Я живу, я дышу Учредилкой! За правительство Временное - что угодно! Хоть два года буду ходить беременная! Сейчас надену красные банты, - надо же завести революционную моду. Через минутку вернусь к моему обожаемому народу. (Бежит к картонкам.) К л е м а н с о (на рубке) Ну, граждане, довольно. Погуляли всласть. Давайте организуем демократическую власть. Граждане, чтобы все это было скоро и быстро, мы вот, - упокой господи душу негуса! - мы вот тринадцать будем министры и помощники министров, а вы - граждане демократической республики, - вы будете ловить моржей, шить сапоги, печь бублики. Возражений нет? Принимаются доводы? Б а т р а к Ладно! Было бы недалеко до воды. Х о р о м Да здравствует, да здравствует демократическая республика! Ф р а н ц у з А теперь я (нечистым) вам предлагаю работать. (Чистым.) А вы - за перья. Работайте, несите сюда, а мы это поделим поровну,- последняя рубашка пополам будет порвана. * * * * * * * * * * Чистые устанавливают стол, располагаются с бумагами и, когда не- чистые приносят съестное, вписывают во входящие и по уходе с ап- петитом съедают. Б у л о ч н и к, пришедший во второй раз, пытается заглянуть под бумаги. Л л о й д - Д ж о р д ж Чего глазеешь? Отойди от бумаг! Это, брат, дело не твоего ума. К л е м а н с о Вы же в управлении государством ничего не понимаете ровно. Каждая входящая тарелка и каждая исходящая должна быть обязательно перенумерована. К у з н е ц Пока вы ставите номер, как бы наш брат, нечистый, не помер. Б у л о ч н и к Давайте делиться обещанным. П о п (возмущенно) Братие! Рановато думать о пище нам. Р а д ж а (отводя от стола) Акулу посмотрите - там акулу поймали, - не несет яиц, не дает молока ли. К у з н е ц Эй, раджа, паша ли вы, помните турецкую пословицу: "Паша, не пошаливай!" К у з н е ц (возвращаясь с прочими нечистыми) Учат! Сколько ни дои акул, не быть из акулы молоку. С а п о ж н и к (пишущим) Пора обедать. Скорей кончай-ка! А м е р и к а н е ц Обратите внимание, как это красиво: волны и чайка. Б а т р а к Поговорим-ка лучше о щах и о чае. К делу! К делу! Нам не до чаек! К л е м а н с о Смотрите, смотрите! По морю - кит! К р а с н о а р м е е ц К черту кита! Сам ты кит! Хором, опрокидывая стол. Вы нам здесь не устраивайте канцелярских волокит! На палубу грохаются пустые тарелки. Ш в е я и п р а ч к а (грустно) Все совет министерский вылакал. П л о т н и к (вскакивая на опрокинутый стол) Товарищи! Это нож в спину! Г о л о с а И вилка! Р у д о к о п Товарищи! Что ж это! Раньше жрал один рот, а теперь обжирают ротой. Республика оказалась тот же царь, да только сторотый. Ф р а н ц у з (ковыряя в зубах) Что кипятитесь? Обещали и делим поровну: одному - бублик, другому - дырку от бублика. Это и есть демократическая республика. К у п е ц Надо ж кому-нибудь и семечки - не всем же арбуз. Н е ч и с т ы е Мы вам покажем классовую борьбу! С о г л а ш а т е л ь И опять, и опять разрушается кров, и опять, и опять смятенье и гул. Довольно! Довольно! Не лейте кровь! Послушайте, я не могу! Это все хорошо: и коммуна и прочее. Но для этого ж должны пройти века. Товарищи рабочие! Согласитесь с чистыми, послушайте старого опытного меньшевика! Л л о й д - Д ж о р д ж Согласиться? Да я же капитала лишусь. Мы тебе согласимся! К р а с н о а р м е е ц Я тебе соглашусь! С о г л а ш а т е л ь Ну и положение! Опять двухстороннее обложение! Нечистые наседают на чистых. Ч и с т ы е Стойте, граждане! Наша политика... Н е ч и с т ы е А ну, с четырех сторон подпалите-ка! Покажем им, какая такая политика! Ну, держись, проклятая, будешь помнить Октября 25-е! Вооружаются сложенным чистыми во время обеда оружием. Загоня- ют на корму. Мелькают пятки сбрасываемых чистых. Только купец, утащив на ходу половину моржонка, забился в угольный ящик; в другой забились интеллигент с дамой. Соглашатель ухватил за ру- ку батрака; силясь его оттянуть, всхлипывает. Б а т р а к Ишь проклятый, распустил слюнки! Революция вам, мусье, не юнкер. Соглашатель вгрызается в руку. К у з н е ц Ишь злюка! Вали его, ребята, в дырку люка! Валят. Т р у б о ч и с т Не задохся бы тама, корпуленция хрупкая - прямо дама. Б а т р а к Что мямлить! Вернутся, нас же распнут на кресте. Понежничаем - дайте Арарат-гору. Н е ч и с т ы е Правильно! Правильно! Или мы - или те! Б а т р а к Дорогу террору! К у з н е ц Товарищи! Сапогами отшвыривайте кликуш. Эй, народ, чего не ликуешь? Ликуй! Но суровы голоса нечистых, - последние запасы сожрала республика. Б у л о ч н и к Ликуй! А ты подумал о хлебе? Б а т р а к Ликуй! А хлеб-то чем засеять? Ф о н а р щ и к Ликуй! Когда вместо пашен - хляби. Р ы б а к И рыбачить нечем, порваны сети. Ш о ф е р Как пройдешь через хлябь эту? Если б хоть было кругом сухо. О х о т н и к Ковчег трещит. Ш о ф е р Компаса нету. В с е Разруха! К у з н е ц Не останавливаться на половине ж. Съеденное в утопших, назад не вынешь. Теперь об одном осталось ратовать, чтоб сила не иссякла до места Араратова. Пусть нас бури бьют, пусть изжарит жара, голод пусть - посмотрим в глаза его, будем пену одну морскую жрать. Мы зато здесь всего хозяева! П р а ч к а Сегодня поедим, а завтра - крышка! На всем ковчеге два сухаришка. Б а т р а к Эй! Товарищи! Без карточек не давать сухарей. Из угольного ящика высовываются д а м а и и н т е л л и г е н т. И н т е л л и г е н т Слышите - говорят: "Давать сухарей". А тут голод, холод и всякие страсти. Д а м а Пойдем на службу к Советской власти. Вылазят. Н е ч и с т ы е Что это? Выходцы с того света? И н т е л л и г е н т Никак нет. Мы свои, мы беспартийные, мы из угольного ящика. Мы - за власть Советов. Д а м а Ненавижу буржуев! Мошенники! Я все ждала, скоро ли буржуазия свалится. Разрешите, я тоже у вас буду работать на машинке, хотя бы только одним пальцем. И н т е л л и г е н т И меня возьмите. Худо без спеца. Без спеца некуда деться. Один путь - тонуть. К у з н е ц Не утонем, не каркай. (Даме.) Садись, товарищ. (Интеллигенту.) Марш вниз! Заведуй кочегаркой. Ш о ф е р Без еды - все равно что машина без дров. Р у д о к о п Даже я сдаю - уж на что здоров. К р а с н о а р м е е ц Мало, оказывается, чистых добить. Нужен хлеб. Надо воду добыть. Н е ч и с т ы е Что делать? Как быть? Ш в е я Нам бог не может погибнуть дать. Сложим руки - будем ждать. О х о т н и к Слабеет от голода за мускулом мускул. Ш в е я (вслушиваясь) Что это? Слышите? Слышите музыку? П л о т н и к Антихрист речь повел нам об Арарате и рае. (Испуганно вскакивает, пальцем за борт.) Кто там идет по волнам, в кости свои играет? Т р у б о ч и с т Брось ты! Море голо. Да и кому являться? С а п о ж н и к Вот он идет... Это голод нами идет разговляться. Б а т р а к Что ж, иди! Нет здесь таких, кто упал бы. Товарищи, враг у борта. Живо! Все на палубы! Голод сам идет на абордаж. Вбегают, шатаясь, вооруженные чем попало. Рассвело. Пауза. В с е Что ж, иди! Никого... И вот снова будем смотреть бесплодное лоно вод. О х о т н и к Так вот молишь о тени в печах пустыни, умирая ж - видишь, будто пустыня стынет. Мираж. Ш о ф е р (приходит в страшное волнение, поправляет очки, всматривается. Кузнецу) Там вот, на западе - не заметишь ли точечки? К у з н е ц Что глядеть? Все равно что на хвост надеть или в ступе истолочь очки. Ш о ф е р (отбегает, шарит, лезет с трубой на рею - и через минуту его рвущийся от радости голос) Арарат! Арарат! Арарат! * * * * * * * * * * Со всех концов. О, как я рада! О, как я рад! Вырывают у шофера трубу. Сгрудились. П л о т н и к Где он? Где? К у з н е ц Да вот виднеется направо от... П л о т н и к Что это? Приподнялось. Выпрямилось. Идет. Ш о ф е р То есть как - идет? Арарат - гора и ходить не может. Глаза потри. П л о т н и к Сам три. Смотри! Ш о ф е р Да, идет! Человек какой-то. Да, человек. Старый с посохом. Молодой без посоха. Эк, идет по воде, что посуху. Ш в е я Колокола, гудите! Вздыбливайте звон! Это он шел, рассекая воды Генисарета. К у з н е ц У бога есть яблоки, апельсины, вишни, может весны стлать семь раз на дню, а к нам только задом оборачивался всевышний теперь Христом залавливает в западню. Б а т р а к Не надо его! Не пустим проходимца! Не для молитв у голодных рты. Ни с места! А то рука подымется. Эй! Кто ты? Самый обыкновенный ч е л о в е к входит на замершую палубу. Ч е л о в е к Кто я? Я не из класса, не из нации, не из племени. Я видел тридцатый, сороковой век. Я из будущего времени просто человек. Пришел раздуть душ горны я, ибо знаю, как трудно жить пробовать. Слушайте! Новая нагорная проповедь! Араратов ждете? Араратов нету. Никаких. Приснились во сне. А если гора не идет к Магомету, то и черт с ней! Не о рае Христовом ору я вам, где постнички лижут чай без сахару. Я о настоящих земных небесах ору. Судите сами: Христово небо ль, евангелистов голодное небо ли? Мой рай - в нем залы ломит мебель, услуг электрических покой фешенебелен. Там сладкий труд не мозолит руки, работа розой цветет по ладони. Там солнце строит такие трюки, что каждый шаг в цветомории тонет. Здесь век корпит огородника опыт - стеклянный настил, навозная насыпь, а у меня на корнях укропа шесть раз в году росли ананасы б. В с е (хором) Мы все пойдем! Чего нам терять! Но пустят ли нашу грешную рать? Ч е л о в е к Мой рай для всех, кроме нищих духом, от постов великих вспухших с луну. Легче верблюду пролезть сквозь иголье ухо, чем ко мне такому слону. Ко мне - кто всадил спокойно нож и пошел от вражьего тела с песнею! Иди, непростивший! Ты первый вхож в царствие мое земное - не небесное. Идите все, кто не вьючный мул. Всякий, кому нестерпимо и тесно, знай: ему - царствие мое земное - не небесное. Х о р о м Не смеется ли этот над нищими? Где они? Дразнишь какими странищами? Ч е л о в е к Длинна дорога. Надо сквозь тучи нам. Х о р Каждую тучу сразим поштучно! Ч е л о в е к А если ад взгромоздится за адом? Х о р Пойдем и туда. Не попятимся задом. Веди нас! Где она? Ч е л о в е к Где? Ждете, чтоб рассказал кто-нибудь другой. А она вот здесь, у вас под рукой. Где руки твои? Что делаешь ею? Сложили кресты бесполезных рук! Вы нищими жметесь. А вы - богатеи. Смотрите - какое богатство вокруг! Как смеет играть ковчегом ветер? Долой природы наглое иго! Вы будете жить в тепле, в свете, заставив волной электричество двигать. А если ко дну окажетесь пущены, не страшно тоже, - почище луга морское дно. Наш хлеб насущный на нем растет - каменный уголь. Пускай потопами ветер воет, трещат бока ковчегов-посуд. Правая и левая - эти двое спасут. Конец. Слово за вами. Я нем. Исчезает. На палубе восхищенное недоумение. С а п о ж н и к Где он? К у з н е ц По-моему, он во мне. Б а т р а к По-моему, влезть удалось и в меня ему. Г о л о с а Кто он? Кто этот дух невменяемый? Кто он - без имени? Кто он - без отчества? Зачем он? Какие кинул пророчества? Кругом потопа смертельная ванная. Пускай! Найдется обетованная! Б а т р а к Значит, рай все-таки есть. Значит, не глупо к счастью лезть. Г о л о с а Чтоб раньше дойти до этой поры, вздымайте молоты, ввысь топоры! Ровней ряды! Не кривите линии! Ковчег трещит. Спасенье в дисциплине. К у з н е ц (рукой на реи) Зловещ пучин разверзшийся рот. Дорога одна - сквозь тучи! Вперед! Бросаются к мачте. Хором. Сквозь небо - вперед! На реях развертывается боевая песня. Эй, на реи! На реи, эй! По реям вперед, комиссары морей! Х о р Вперед, комиссары морей! С а п о ж н и к Там всем победителям отдых за боем. Пусть ноги устали, их в небо обуем! Х о р Обуем! Кровавые в небо обуем! П л о т н и к Распахнута твердь небесам за ограду! По солнечным трапам, по лестницам радуг! Х о р По солнечным сходням качелями радуг! Р ы б а к Довольно пророков! Мы все Назареи! Скользите на мачты, хватайтесь зa реи! Х о р На мачты! На мачты! За реи! За реи! Когда скрывается последний нечистый, за ним ковыляют по реям дама и интеллигент. Меньшевик минутку стоит, задумавшись. С о г л а ш а т е л ь Куда вы? В коммуну? Охота в такую даль переть! Оглядывается. Ковчег трещит. Вперед, товарищи! Уж лучше вперед, чем умереть... Меньшевик скрывается, и наконец из угольного ящика вылезает ку- пец, ухмыляясь. К у п е ц Надо же быть ослом! Добра на четыреста миллионов минимум. Даже если на слом. Ну, и спекульну!.. Что это? Ломается. Трещит. Спасайтесь! Идем ко дну! Товарищи! Товарищи! Подождите минуту одну! Товарищи! Один погибаю здесь я!.. С о г л а ш а т е л ь Иди, иди, и тебе перепадет концессия... Занавес * * * * * ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ Ад. Сцена с огромной дверью. На двери: "Без доклада не входить". По бокам к а р а у л ь н ы е ч е р т и. Д в а в е с т о в ы х ч е р т а перекликаются через весь театр. Тихое пение на сцене за дверью. Х о р Мы черти, мы черти, мы черти, мы черти! На вертеле грешников вертим. 1-й в е с т о в о й Да, брат черт, паршивая жизнь! 2-й в е с т о в о й Да, в последние месяцы понатерпелся горя я. 1-й Одно слово - третья категория! Х о р Попов разогнали, мешочников в ризе. Теперь и у нас продовольственный кризис. 2-й Нашего брата, исконного черта, совсем не видно. Как попали эти самые господа: то подай! Это подай! 1-й Хуже всех этот негус абиссинский. Морда черная. Аппетит свинский. Х о р О, горе, о, горе, о, горе, о, горе, без пищи мы все передохнем здесь вскоре! 1-й Бывало, у черта арбуз щека. 2-й Да, это верно. 1-й А как попов прогнали, ни одного поставщика! 2-й Выдачи маленькие! 1-й Паек скверный! 2-й Еще бы черти были как следует, а то омерзительные - лысые, куцые! 1-й Дождутся, будет и у нас революция. 2-й Т-с! Опять звонок. О б а Бежим со всех ног. Перемахивают всю сцену. Караульные расспрашивают вестовых и, сделав небольшой доклад, распахивают двери. Л л о й д - Д ж о р д ж Ах, вы, дьяволы! Ах, вы, чертовы дети! Отчего же грешники не попадают в сети? П о п (замахивается на вестовых) Что ж, я для того на вас работал, чтобы пайком питаться на том свете! В е с т о в ы е (недовольно) Взяли бы по виле, сами бы ловили. К л е м а н с о Молчать! Вы эти привычки бросьте. Мы черти белой кости. Не щадя пота, черный черт на белых должен работать. 2-й в е с т о в о й Завели порядок свой. Пошел и меж чертями антагонизм классовой. П а ш а Ах, ты разговаривать? Какой пылкий! Да я тебя ножом! Да я тебя вилкой! Ч е р т - ц е р е м о н и й м е й с т е р Его величество Вельзевул желает говорить с верноподданным адом. Н е м е ц Встать! Смирно! Не вихлять задом! В е л ь з е в у л (входит) Черти мои верноподданные! Больше не будете сидеть голодные. Радостней клики! Выше хвост! Кончается великий, кончается пост. Грешников пятнадцать идет, не менее. П о п (крестится) Слава богу! Кончается это всухомятку пение. К и т а е ц Очень уж народ серьезный, хотя и беспортошный. Н е г у с Эх, и нажрусь! Аж будет чертям тошно! Л л о й д - Д ж о р д ж Уж и наточу я рога! Будут знать, как меня свергать! В е л ь з е в у л (к вестовым) Живей на пост сторожевой! На бинокль, смотри лучше, чтобы ни один из них не ушел живой! А то по шее получишь. Черти, вооруженные биноклями, бегут в зал, прислушиваясь. Дверь распахивается. 1-й Пусть только попадутся! Я им покажу! Хвост подыму! Рога вниз! 2-й Прямо жуть! 1-й Я уж с ними разделаюсь! Не пожелал бы врагу. Люблю я из сочных грешников рагу. 2-й Я их попросту жру. Без штук. Т-с! Слышишь? - Тук-тук-тук. Тук-тук-тук. Прислушивается. Доносится громыхание разносящих преддверие ада нечистых. 1-й Старик-то наш обрадуется донельзя. 2-й Тише ты, черт! Нельзя, чтоб без гула! Беги, предупреди штаб Вельзевула. Первый бежит. Над средним ярусом показывается В е л ь з е в у л. Ладонь ко лбу. Приподымаются черти. В е л ь з е в у л (убедившись, орет) Эй, вы! Черти! Волоките котелище! Да дров побольше - суше, толще! Прячься за тучи, батальон сторогий! Чтоб никто из них не ушел с дороги! * * * * * * * * * * Черти притаились. Снизу доносится: "На мачты, на мачты! За peи, за реи!" Вваливается толпа н е ч и с т ы х, и моментально же вываливаются ч е р т и с вилами наперевес. Ч е р т и У-у-у-у-у-у-у! А-а-а-а-а-а-а! К у з н е ц (указывая на крайних швее, со смехом) Старые знакомые! Как тебе нравится? Справились с безрогими. И с рогатыми удастся справиться. Гвалт начал надоедать. Цыкнули нечистые. Т-с-с-с-с! Смолкли растерявшиеся черти. Н е ч и с т ы е Это ад? Ч е р т и (нерешительно) Д-да. Б а т р а к (на чистилище) Товарищи! Не останавливаться! Прямо туда. В е л ь з е в у л Да-да! Черти, вперед! Не пускать в чистилище! Б а т р а к Послушайте, что это за стиль еще? К у з н е ц Бросьте вы это! В е л ь з е в у л (обиженно) То есть как бросить? К у з н е ц Да так. Стыдно! Все-таки старый черт, у самого проседь. Нашли, ей-богу, чем стращать! На заводе чугуноплавильном не бывали, чать? В е л ь з е в у л (сухо) Не был я на вашей плавильне. К у з н е ц То-то! А то б повылинял шерсткой. Живешь себе тут щеголем, гладкий такой да жесткий. В е л ь з е в у л Хорош гладкий, хорош жесткий! Довольно разговаривать! Пожалте на костры! Б у л о ч н и к Остри! Нашел чем пугать! Смешно, ей-богу! Да у нас в Москве вам бы еще заплатили за дрова. От мороза колики, а у вас температурка здорова. Блаженство! Ходите голенькие. В е л ь з е в у л Довольно шутить! Трепещите за души! Всех вас серой сейчас же задушим! К у з н е ц (сердясь) Хвастают тоже! Что у вас? - Слегка попахивает серою. У нас как пустят удушливым газом - вся степь от шинелей становится серою, дивизия разом валится наземь. В е л ь з е в у л Побойтесь, говорю вам, раскаленных жаровен! На вилах будете, час не ровен. Б а т р а к (выходя из себя) Да что ты кичишься какими-то вилами! Твой глупый ад - все равно что мед нам. Бывало, в атаке три четверти выломит в одно дуновенье огнем пулеметным. Черти развесили уши. В е л ь з е в у л (старается поддерживать дисциплину) Чего стоите? Разинули рот! Может, он все это врет. Б а т р а к (зверея) Я вру?! Сидите тут, пещеры пещерите - черти! Слушайте, я вам расскажу... Ч е р т и Тише! Б а т р а к ...про нашу земную жуть. Что ваш Вельзевул! С вилочкой гуляет посредь ада. Я вас на землю на минуту сзову. Знаете вы, черти, что такое блокада? Нам ли убояться каких-то вил! Рабочих танки английские потчуют. Кольцом эскадр и армий сдавил капитал Республику рабочую. У вас хоть праведников нет и детей. Рука небось не подымается мучить? А у нас и те! Нет, черти, у вас здесь лучше. Как какой-нибудь некультурный турок, грешника с размаха саданете на кол, а у нас машины, а у нас культура... Г о л о с (из толпы чертей) Однако! Б а т р а к Кровь пьете? Невкусное сырье! Вас на фабрику свел, каб не было поздно. Буржуям на шоколад перегоняют ее. Г о л о с (из толпы чертей) Но-о! Серьезно? Б а т р а к А посмотрите на раба из колонии английской - черти все б разбежались в писке. С негров сдирают, дубят кожи, на переплеты чтоб мог идти. В ухо гвоздь? Пожалуйста, отчего же! Шерсть свиную загоняют под ногти. Посмотрели солдата в окопе вы бы: сравнить если с ним - ваш мученик лодырь. Г о л о с (из толпы чертей) Довольно! Шерсть подымается дыбом! Берет от этих рассказов одурь... Б а т р а к Думаете, страшно? Развели костерики, развесили чанки. Какие вы черти? Да вы щенки! Ремни вас на фабриках растягивали по суставам? В е л ь з е в у л (смущенно) Ну, вот! В чужой монастырь со своим уставом. П о п (подталкивая Вельзевула) Скажи, скажи про адскую печь им. В е л ь з е в у л Говорил - не слушают. Крыть нечем! Б а т р а к (налезая) Что, только на робких пасти щерите? В е л ь з е в у л Ну что вы, ей-богу, пристали? Черти, как черти! С о г л а ш а т е л ь (старается разнять чертей и нечистых) О, господи! Начинается! Да что вам, двух революций мало? Господа, товарищи, не устраивайте скандала! Ну что, у вас пищи лучше нет? Нашли торт! И вы тоже хороши, уступить не можете! Видите - старый, почтенный черт. Бросьте трения, надо согласиться. В е л ь з е в у л Ах ты, подхалима! Б а т р а к Ах ты, лисица! С двух сторон бьют соглашателя. С о г л а ш а т е л ь (апеллирует к зрителям) Граждане! Ну где ж справедливость тут? Ты же их зовешь согласиться, тебе же с двух сторон и накладут. В е л ь з е в у л (грустно, нечистым) Я б вас пригласил хлеб-соль откушать в гости, да какое теперь угощенье - кожа да кости. Сами знаете, какие теперь люди, - изжаришь, так его и незаметно на блюде... Притащили на днях рабочего из выгребных ям, так не поверите - нечем потчевать. Б а т р а к (брезгливо) Пошел к чертям! (К давно нетерпеливо ждущим рабочим.) Айда, товарищи! Нечистые двинулись, к последнему прицепился Вельзевул. В е л ь з е в у л Счастливого пути! Не забывайте! Я черт сведущий - опыт. Устроитесь - и меня пригласите, я буду заведующим Главтопа. Сидишь тут не евши дней по пяти, а у чертей, известно, чертовский аппетит. Нечистые двинулись ввысь. Ломаемые, падают тучи. Тьма. Из тьмы и обломков опустевшей сцены вырисовывается следующая картина. А пока по аду гремит песня нечистых. К у з н е ц Телами адовы двери пробейте! Чистилище - в клочья! Вперед! Не робейте! Х о р Чистилище вдребезги! Так! Не робейте! Р у д о к о п Вперед! От отдыха тело отучим. По ярусам! Выше! Шагайте по тучам! Х о р Шагайте по ярусам! Выше! По тучам! Д а м а (откуда ни возьмись бросается на грудь к Вельзевулу) Вельзевульчик! Милый! Родной! Не дайте даме погибнуть одной! Пустите меня, пустите к своим! Пустите, милый! А то эти нечистые такие громилы! В е л ь з е в у л Ну, что ж! Приют дам. Пожалуйте, мадам. (Показывает на дверь, из-за которой моментально выскакивают два черта с вилами и выволакивают даму. Он потирает руки.) Одна есть. Дезертира всегда приятно съесть. Занавес * * * * * ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ Рай. Облако на облаке. Белесо. По самой середине, по облачью рассевшись, р а й с к и е ж и т е л и. М а- ф у с а и л ораторствует. М а ф у с а и л Святейшие! Идите в светлейшее мощи оправить. Почище начистьте дни-ка. Глаголет Гавриил - грядет больше чем дюжина праведников. Святейшие! Примите их в свою среду. Что мышью, голод играет ими, им гадит ад, но они бредут... Р а й с к и е (степенно) Сразу видно - достойнейшие люди. Примем. Обязательно примем. М а ф у с а и л Надо стол накрыть, выйти вместе. Торжественнейшую встречу устроить надо нам. Р а й с к и е Вы здесь старейший и будьте церемониймейстер. М а ф у с а и л Да я не умею... В с е Ладно, ладно! М а ф у с а и л (кланяется, идет распоряжаться столом. Выстраивает святых) Вот сюда Златоуст. Готовь приветственный тост: - Мы, мол, вас приветствуем, а такожде Христос...- Сам знаешь, тебе и книги в руки. Вот сюда Толстой,- у тебя вид хороший, декоративный, стал и стой. Сюда - Жан-Жак. Так и развертывайтесь анфиладою, а я пойду стол присмотреть. Доишь облака, сын мой? А н г е л Да, дою. М а ф у с а и л Надоишь - и на стол. Нарежьте даже облачко одно, каждому по ломтику. Для отцов святейших главное не еда же, а речи душеспасительные, которые за столом текут. С в я т ы е Ну что, не видно пока? Чтой-то край у облака подозрительно дут. Идут! Идут! Идут! Идут! Неужели это они? В рай, а будто трубочисты грязные. Вымоем. М-да, святые-то, оказывается, бывают разные. Снизу доносится: Орите в ружья! В пушки басите! Мы сами себе и Христос и спаситель! Вваливаются, пробивая облако пола. Н е ч и с т ы е (хором) Ух, и бородастые! Штук под триста! М а ф у с а и л Пожалте, пожалте - тихая пристань! А н г е л ь с к и й г о л о с Понапустили народу шалого! А н г е л ы Драсите, драсите! Добро пожаловать! М а ф у с а и л А ну-ка, Златоуст, займись-ка тостом. Н е ч и с т ы е К чертям Златоуста! Какие тут тосты, когда в животе пусто! М а ф у с а и л Терпение, братие! Сейчас, сейчас накормим досыта. Ведет нечистых к месту, где на облачном столе облачное молоко и облачный хлеб. П л о т н и к Нашагался. Нельзя ли какой-нибудь стул? М а ф у с а и л Нет-с, в раю нет. П л о т н и к Чудотворца б пожалели - стоит вон сутул. Р у д о к о п Не ругайся. Главное - подкрепление сил. Набрасываются на ковши и краюхи, сначала удивляются, потом, негодуя, откидывают бутафорию. М а ф у с а и л Вкусили? П л о т н и к (грозно) Вкусил, вкусил! А нет чего посущественней? М а ф у с а и л Не купать же бестелых существ в вине? Н е ч и с т ы е Ждем вас, проклятых, смиренно умираем мы. Кабы люди знали, что это впереди! У нас у самих такими раями хоть пруд пруди. М а ф у с а и л (указывая на святого, которому орал кузнец) Не орите, неудобно. Ангельский чин. Р ы б а к Поговорили бы лучше с чином: не сварит ли чин ваш щи нам. Г о л о с а н е ч и с т ы х Не так мы себе это представляли. О х о т н и к Нора! Сущая нора! Ш о ф е р И не похоже на рай. С а п о ж н и к Так, голубчики, дорвались до рая! С л у г а Ну, доложу вам, дыра, я. Б а т р а к Что ж, вы так вот и сидите? О д и н и з а н г е л о в Зачем? Случается и на землю к праведному брату или сестре пойти - и возвращаемся, елей свой излив там. С л у г а Так вот перышки по тучам и трепите? Чудаки! Обзавелись бы лифтом. В т о р о й а н г е л А мы метки на облаках вышиваем, - X. и В. - Христовы инициалы. С л у г а Вы б еще подсолнухи грызли. Провинциалы! Б а т р а к Побывали б у меня на земле они, отучил бы лодырей от лени. Поют вот: "Долой тиранов, прочь оковы". И до вас доберутся, не смотрите, что высоко вы. Ш в е я Совсем как в Питере: население скучено, еда скушана. Н е ч и с т ы е Скучно у вас. Ох, и скушно! М а ф у с а и л Что поделаешь, такой уж строй у нас. Оно, конечно, многое не благоустроено-с. И н т е л л и г е н т смотрит то на Льва Толстого, то на Жан-Жака, обращается к последнему) Я вот все смотрю на вас и на Льва Николаевича. Какие знакомые лица! Вы? Вы Жан-Жак Руссо? Ах! Разрешите поделиться! Аж дух от радости сводит! Это вы писали о братстве, о равенстве, о свободе? Это вы написали "Общественный договор"? Помилуйте! Да я вас наизусть знаю вот с этих пор! Разрешите выразить мое почтеньицe. Больше всего на свете люблю либеральное чтеньице. Никуда не пойду. Так и останусь тут. Пусть эти некультурные нечистые идут, я вас ненадолго задержу в разговоре. В вашем "Общественном договоре"... Б а т р а к Как отсюда вылезти? М а ф у с а и л Спросите у Гавриила. Б а т р а к А Гавриил который? Все - как один! М а ф у с а и л (гордо разглаживая бороду) Ну, не скажите, есть и отличие, - вот, например, бороды длина-с. Н е ч и с т ы е Чего разговаривать? Крушите! Это учреждение не для нас. С о г л а ш а т е л ь Тс, тс! Товарищи! Согласитесь! Бросьте ваши разногласия! Ну, разве не все равно, в котором классе я? (Ангелам.) Посмотрите, какие ребята! Я на вашем месте был бы только рад: лучшая часть общества - пролетариат! (Нечистым.) Вы тоже хороши! Подумайте только, в каком он ранге! (Указывая на Мафусаила.) Это вам не Врангель - ангел! М а ф у с а и л Согласиться с этим? Упаси боже! К у з н е ц Я тебе соглашусь! Выискался тоже! Бьют. С о г л а ш а т е л ь (плача) Стараешься по-хорошему, а выходит гадко. Опять двухсторонняя накладка! Ух! Еще посоглашаюсь - и испущу дух. Б а т р а к К обетованной! Ищите за раем! Шагайте! Рай шажищами взроем! Х о р Найдем! Хоть всю вселенную взроем! М а ф у с а и л (глядя на разрушаемый нечистыми рай, возопил истошным голосом) Караул! Хватайте! Держите! Разорви их молния и господь вседержитель! При страшном громе в облаках появляется с пучком молний сам С а в а о ф. С а в а о ф Да я вас разражу громами! К р а с н о а р м е е ц (укоризненно) Как дети - взяли и пожаловались маме. С перекошенным лицом, видя назревающий невиданный скандал, заверещал соглашатель. С о г л а ш а т е л ь Уф! Оф! Сам Саваоф! Дрожу! Лежу! Подкосились ноженьки! (Нечистым.) Опомнитесь! Согласитесь! Куда вы? Против боженьки! С а в а о ф (показывает кулак соглашателю) Кабы не был всеблагой я, показал бы тебе соглашательство такое!.. К у з н е ц Нам, рабочим, согласиться с богом? Вылезет у тебя соглашенье боком! Тузят соглашателя. С о г л а ш а т е л ь (плаксиво, но с уважением) Не ручаюсь за убеждение. Ну, и кулак! Посоглашаюсь еще немного, и сойдет с меня меньшевистский лак. М а ш и н и с т (указывая на Саваофа, замахивающегося стрелами молний, не желая их пустить в ход из боязни задеть своих же Мафусаилов) Надо у бога молнии вырвать. Бери их! На дело пригодятся - электрифицировать. Нечего по-пустому громами ухать! Бросаются, вырывают молнии. С а в а о ф (печально) Ободрали! Ни пера, ни пуха! М а ф у с а и л Чем же нам теперь грешников крыть? Придется лавочку совсем закрыть. Нечистые ломают рай, вздымаясь ввысь с молниями. К у з н е ц Заря разгорается - дальше! За рай! Там все разговеемся... Но когда сквозь обломки долезли до верха, перебивает кузнеца швея: Да что кормить голодных зарей! П р а ч к а (устало) Ломаем, ломаем, ломаем мы тучи. Не время ли мимо им! Скоро ли, скоро ли маями тело усталое вымоем? Е щ е г о л о с а Куда? Не очутимся в новом аду ли? Надули нас! Нас надули! А дальше что? Чем дальше, тем жутче. (Подумав.) Вперед трубочиста! Иди, лазутчик! Из тьмы обломков рая вырастает новая картина. От идущих вперед нечистых отделяется задумчивый соглашатель. С о г л а ш а т е л ь Прошли через рай, прошли через ад, и все идут. Не вернуться ли хоть мне назад? Хороший народ - это ангельское отродье. Оно как будто немного соглашено. Пускай идут, ежели не лень им, (машет рукой вослед уходящим нечистым) а я вернусь к Толстому. Туз! Займусь непротивлением злу-с... Занавес * * * * * ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ К у з н е ц Эй! Чего остановился? Трогай! Ф о н а р щ и к Не пролезешь, горы взгромоздились дорогой. Можно по такой дороге идти ли? Ш в е я За три года обломков сколько наколотили! Разглядывают обломки. Смотрите, ковчега кусок. К р а с н о а р м е е ц Негуса абиссинского остатки. С а п о ж н и к Кусочек рая. Б а т р а к Черепок ада. Ф о н а р щ и к Что делать? Не то что идти, - сесть некуда. К у з н е ц Что делать? Что делать? Расчистить надо. Б а т р а к Значит, нечего раздумывать тут: организуйся, товарищ, и берись за труд! К р а с н о а р м е е ц (важно) Организация организации рознь. Сначала нужно наметить правильный путь. По-моему, взять организацию и перетряхнуть. Р у д о к о п (досадливо) Тоже выкинул коленце! Вздор перетряхивание! Нужны назначенцы. П р а ч к а (задорно) Назначенство... Вот тебе раз! Необходимы буфера-с. Нечистые сгрудились, галдя друг на друга. Э с к и м о с А по-моему, это все - не по марксистской догме и форме. Я стою на совершенно иной платформе: желаю спасти трудовую Русь я, разорвать нищеты и голода узы. Б а т р а к (безнадежно) Пошла дискуссия! К у з н е ц (разнимая наступающих) Товарищи, бросьте! Здесь вам не профсоюзы. М а ш и н и с т Буфера?! Попала не в глаз, а в бровь: прачка-то с буферами, а паровоз без колес, а не то что без буферов. К у з н е ц Тонем в разговорах, не виден брод. Через газетный ворох - за работу! Вперед! Чего растекаться словесной рекой? Наляжем лопатой! Взмахнем киркой! Х о р (разгребает обломки) А ну, раз взмахнул, и еще взмахну. К чему счет? Раз махнул, взмахну еще! С о г л а ш а т е л ь (показываясь из облачка с надписью: "Берлин") О-о-о! Товарищи, бросьте работать! Сами понимаете, не стану советовать зря я, - мне все видно из моего заграничного рая. Бросьте работать, милые люди, из этого ровно ничего не будет! Согласитесь со мной... К у з н е ц Рожу высунул - смотри, чтоб молотом нечаянно не свистнул в лоб. С о г л а ш а т е л ь Оп! (Моментально запахнул облако.) Ш а х т е р (остановился с поднятой киркой) Товарищи, прислушайтесь! Какой-то вой! Обломками кто-то придавлен живой! Беги на вой! Рой! По окончании его слов роют с удесятеренной силой, и из облаков показываются п а р о в о з и п а р о х о д. П а р о в о з Эй! Внемлите паровозному стону! Не вздохнуть! Пар не развесть! Черный хлеб с Дону дайте! Дайте есть! М а ш и н и с т Нет, не умереть тебе. Нет, друг, спокоен будь. Мы вырвем уголь из земных недр, выведем на новый путь. П а р о х о д О-о-о! Дайте испить мне рек истоки! Дыры в каждом боку! Введите меня в доки! Дайте нефть из Баку! У-у-у-у-у! Ш а х т е р Эй, товарищи, за мной! Чего руки сложили? За углем под свод земной! За нефтью! Не уйти нефтеносной жиле! Х о р Взвей кирку-пушок! Ударником встань, брав! Занеси сильней обушок! В землю вонзай бурав! Р а з р у х а Назад! Чего молотищами ухают? Назад! Кто спорит со мной, с разрухою? Здесь царствую я - царица-разруха: я жру паровоз, сжираю машину. Как дуну - сдуну фабрику пухом. Как дуну - сдуну завод, как пушину. Я лишь взгляну - и чугунка не ходит. Грызну - и путь железный сглодан. И корчится в голоде город и в холоде, деревня от холода мрет и от голода. Назад! Я труд ненавижу бодрый. Назад! Я с вами расправлюсь по-свойски. Ко мне, мое войско, шкурники, лодыри! Ко мне, спекулянтов верное войско! Разруху окружает "войско". Х о р Назад! Чего молотищами ухают? Назад! Кто спорит с нею, с разрухою? Р а з р у х а Склонитесь! Я ваша царица - разруха, стяну вам голодом глотки туго. К у з н е ц Довольно! Царицу б молотом ухнуть! Вооружайтесь! Ш а х т е р (наступает на разруху) Боритесь за уголь! (На мешочников.) И этих! Наездились верхом на вагоне, довольно! Всех в работу вгоним. К у з н е ц Ловите шкурников! Долой лодырей! Все за работу! Работать до одури! Нечистые двинулись, и "войско" отступает. Ш а х т е р (подрывается под разруху) Нам под разрухой гнуть ли шеи? Товарищи! Подрывайте шахт траншеи! Б а т р а к Окопы - борозды на гладь луга. Б а т р а к и ш а х т е р Наше оружие - хлеб и уголь. К у з н е ц (разруху добивают. Конец, речи ведется на разбитой разрухе.) Ура! Побежали! Разруха сдается! Еще удар последний остается... Сдалась! Довольно! Слазь! Свободен вход - дверь в будущее. (Указывает на спуск в шахту.) Вот. Иди, забивай за забоем забой. Пой: "И это будет последний и решительный бой". Идут в шахту. Голоса замирают в отдалении. Ш а х т е р (приводит вагонетку с углем) Первый подмосковный. П а р о в о з Спасибо. Рад. Чиниться становимся - влазь на домкрат. М а ш и н и с т (катит бочку нефти) Вот из Баку бери дары. П а р о х о д Готово: нет в боку дыры. Ш а х т е р (еще вагонетку) Вот тебе от Донбасса дары. П а р о в о з Спасибо. Сейчас разведу пары. М а ш и н и с т (еще бочка) Вот тебе еще цистерну выкатили. П а р о х о д Спасибо. Сейчас заходят двигатели. М а ш и н и с т (еще бочка) Вот тебе еще подарок от Ухты. Ш а х т е р (еще вагонетка) Вот тебе еще Урал. П а р о х о д и п а р о в о з Оживаем. Ура! П а р о в о з Бегут колеса. П а р о х о д Ожил. Сейчас пойду по плесам. Из дыр шахт выбегают нечистые, бросаются друг на друга. М а ш и н и с т А я к тебе. Ш а х т е р А я к тебе. К у з н е ц А я к вам. П р а ч к а А я к вам. К р а с н о а р м е е ц Необычайно! Ш в е я Невероятно! Э с к и м о с Фантастическая весть! Ш а х т е р Там, за последней вышкой... Ш а х т е р и м а ш и н и с т Там что-то есть. Ш а х т е р Забиваю это я последний забой... М а ш и н и с т Я это последнюю бочку качу перед собой... Ш а х т е р И слышу - далеко, далеко... М а ш и н и с т И вижу - далеко, далеко... Откуда едва достигает око... Ш а х т е р Пение слышу, колес грохотание, фабрик дыхание мерное... М а ш и н и с т Солнце вижу, заря ранняя, город, наверное. К р а с н о а р м е е ц Мы, кажется, победили. Мы, кажется, у края двери в лоно правдашнего рая. П а р о в о з Паровоз готов. П а р о х о д Пароход готов. М а ш и н и с т Забирайтесь. Им в будущее помчим. К р а с н о а р м е е ц (лезет на паровоз, за ним - другие) Ровен путь, гладок и чист. Первым будь - вперед, машинист! На волны! На рельсы! Добытый трудом, он близок, грядущего радостный дом. Пространство жрите, в машину дыша. Лишь на машине в грядущее шаг. Взмах за взмахом! За шагом шаг! Х о р (повторяет) Вперед! Во все машины дыша. Занавес * * * * * ДЕЙСТВИЕ ШЕСТОЕ Обетованная земля. Огромные ворота. Какие-то углы, из которых слабо намечаются улицы и площади земных местностей. Над ворота- ми какие-то радуги, крыши, цветы непомерные. У ворот л а з у т- ч и к, возбужденно выкликающий карабкающихся. Ш а х т е р Сюда, товарищи! Сюда! Высаживайте десант! Подымаются н е ч и с т ы е и со страшным удивлением откидывают ворота. Ш а х т е р Чудеса! П л о т н и к Да ведь это Иваново-Вознесенск! Хорошенькие чудеса! С л у г а Как это проходимцам верить, вас спрошу я? К у з н е ц Да не Вознесенск это - верьте чести. Это Марсель. С а п о ж н и к А по-моему, Шуя. Ш о ф е р Не Шуя вовсе. Это Манчестер. М а ш и н и с т Как не стыдно глупости городить вам! Какой это Манчестер? Это Москва. Как это ослепли все? Вот, смотрите, Тверская, вот Садовая, вот театр РСФСР. Б а т р а к Москва, Манчестер, Шуя - не в этом дело: главное - опять очутились на земле, опять у того же угла. В с е Кругла земля, проклятая, ох, и кругла! П р а ч к а Земля, да не та! По-моему, для земли не мало ли пахнет помоями? С л у г а Что это в воздухе сласть какая-то разабрикосена? С а п о ж н и к Абрикосы? В Шуе? Да и время как будто к осени. Подымают головы. Радуга бьет в глaза. К р а с н о а р м е е ц А ну, фонарщик, ты с лестницей, - лезь да глазом окинь. Ф о н а р щ и к (лезет и останавливается, обмерев, только и мямлит) Дураки мы! Ну, и дураки! К р а с н о а р м е е ц Да рассказывай! Смотрит, что гусь на молнию! Рассказывай! Сыч! Ф о н а р щ и к Не могу! Такая косноязычь! Дайте мне, дайте стоверстый язычище. Луча чтоб солнечного ярче и чище, чтоб не тряпкой висел, чтоб раструбливался лирой, чтоб этот язык раскачивали ювелиры, чтоб слова соловьи разносили изо рта... Да что! И тогда не расскажешь ни черта! Домов стоэтажия земли кроют! Через дома перемахивают ловкие мосты! Под домами едища! Вещи горою. На мостах поездов ускользающие хвосты! Х о р Хвосты? Ф о н а р щ и к Да, хвосты! Лампы глаза электрические выкатили! В глаза в эти сияние миллионосильные двигатели льют! Земля блестит и светит! Х о р Светит? Ф о н а р щ и к Да, светит! К р а с н о а р м е е ц Сами работали. Чего он удивляется? М а ш и н и с т Работать - работали, а все-таки не верится, что чудо такое за трудом является. Б а т р а к Довольно врать! Нашли лектора! Ни в жизнь не рожала фиг акация. Ф о н а р щ и к Да бросьте галдеть вы! Это - электрификация! Х о р Электрификация? Ф о н а р щ и к Да, электрификация. В саженные штепсели вставлены вилки. М а ш и н и с т Чудеса! Не поверят никакие ученые. Ф о н а р щ и к Едет электротрактор! Электросеялка! Электромолотилка! И через секунду хлеба уже печеные. Х о р Печеные? Ф о н а р щ и к Да, печеные. Б у л о ч н и к А хозяйка расфуфыренная, а хозяин мопсовидный - ходят по городу, тротуары уродуя? Ф о н а р щ и к Нет, отсюда никого не видно. Ничего не заметил этого рода я. Сахарная головища! Две еще! Ш в е я Сахар? Слышишь? Как быть? Я карточки перед потопом не успела прикрепить. Х о р Да говори хоть подробнее немножко! Ф о н а р щ и к Да ходят всякие яства, вещи. У каждой ручка, у каждой ножка. Фабрики во флагах. За верстой верста. Куда ни ткнется взор стоног - в цветах без работы стоят верстак, станок. Н е ч и с т ы е (беспокойно) Стоят? Без работы? А мы здесь исхищряемся в словесном спорте! Может, дождь пойдет, машины испортит! Ломитесь! Кричите! Эй! Кто тут? Ф о н а р щ и к (скатываясь) Идут! В с е Кто? Ф о н а р щ и к Вещи идут. * * * * * * * * * * Ворота распахиваются, и раскрывается город. Но какой город! Громоздятся в небо распахнутые махины прозрачных фабрик и квартир. Обвитые радугами, стоят поезда, трамваи, автомобили, а посредине - сад звезд и лун, увенчанный сияющей кроной солн- ца. Из витрин вылазят лучшие в е щ и и, предводительствуемые с е р п о м и м о л о т о м, с хлебом и солью идут к воротам. По онемелым рядам прижавшихся н е ч и с т ы х: Н е ч и с т ы е А-а-а-х-х-х! В е щ и Ха-ха-ха-ха-ха! Б а т р а к Кто вы? Чьи вы? В е щ и Как чьи? Б а т р а к Да как вашего хозяина имя? В е щ и Никаких хозяев. Ничьи мы. Мы - делегаты. Молот и серп вас встречает - республики герб. Б а т р а к А для кого хлеб? Соль? Сахарная голова? Губернатора встречаете, что ли? В е щ и Нет - вас, все вам. П р а ч к а Будет врать! Не дети малы. Должно быть, вас продают из-под полы. Должно быть, сзади спекулянт на спекулянте. В е щ и Никаких спекулянтов, - гляньте. С л у г а Понимаю! Сложат в МПК и через год по столовой ложке выдавать будут. В е щ и Никуда нас не складывают. Берите хоть по пуду. Р ы б а к Спим, должно быть. Выдумки сна. Ш в е я Раз вот так сидела галеркою. На сцене бал. Травиата. Ужин. Вышла - и такой это показалась горькою жизнь: грязь, лужи. В е щ и Никуда это от вас теперь не денется, - это земля. К у з н е ц Будет морочить! Какая это земля! Земля - грязь, земля - ночи. На земле наработаешь - разинешь рот, а жирный придет и сработанное отберет. П р а ч к а (хлебу) Зовет, а сам, небось, кусаться будет. 100 000 рублей, что 100 000 зубов, должно быть, на каждом пуде. М а ш и н и с т Тоже!.. Подходит!.. Походка мышиная. Мало коверкало нас машиною! Вам бы лишь зубы на рабочих растить. М а ш и н ы Прости, рабочий! Рабочий, прости! Вы нас собрали, добыли, лили. А нас забрали, закабалили. Маши, машина, маши, махина. Стальные без устали, стальные без отдыха, - нам жирных велели возить на шинах, велели работать на них на заводах. Вал на вале вас веками ремнями рвали, маховиками. Орите, моторы, радость великая, - жирных сбили, свободна отныне я! Гуди по заводам, колесами двигая, кружи в железнодорожные линии. Мир каруселить, светить в чернокочье вам отселе будем, рабочие. В е щ и А мы, а мы, помощные вещи! Мы - молоты, иглы, пилы и клещи. Лишь день полосой обозначится желтой, под нами сгибаясь, на фабрики шел ты. Теперь с хозяйской расправились кликою, мы все тебе расстругаем и выкуем. Тебе, чья спина под нами ломилась, тебе сегодня сдаемся на милость. В просторной кузнице нового рая молот вздымай, игрушкой играя. Е д ы А мы - товары, питья и еды: от нас рабочим бесчисленны беды. Без хлеба нет человеческой власти, без сахару нет человеческой сласти. Трудом человечьим добытые еле, не вы нас, а мы вас рублищами ели. Рот ценой миллионной разинув, мы лаяли псами с витрин магазинов. Да вы дармоедам прикрикнули: слазьте! И хлеб отныне свободен и сласти. Все, что смотрели со скрежетом прежде, берите сегодня, режьте и ешьте. М а ш и н ы, в е щ и и е д ы (хором) Свое берите, берите! Идите! Все, чем работать, все, что едите! Идите, берите! Иди, победитель! К у з н е ц Должно быть, надо мандат предъявить. У нас мандатов нет, мы прямо из рая, а до этого из ада. В е щ и Не надо, никаких мандатов не надо. Б а т р а к Нога не бритва, - авось, не ступим. Давайте, братцы, попробуем! Ступим! Нечисчые ступают. Б а т р а к (трогает землю) Землица! Она! Родимая землица! В с е Запеть бы теперь! Закричать! Замолиться! Б у л о ч н и к (плотнику) Сахар-то - я его лизнул. П л о т н и к Ну? Б у л о ч н и к Сладок, просто сладок. Н е с к о л ь к о г о л о с о в Теперь с весельем не будет слада! Б а т р а к (хмелея) Товарищи вещи, знаете что? Довольно судьбу пытать! Давайте, мы будем вас делать, а вы нас питать. А хозяин навяжется - не выпустим живьем! Заживем? В с е Заживем! Заживем! К у п ч и н а (расталкивая толпу, возмущенный, выскакивает) Как бы не так! Знайте меру! Надо же что-нибудь оставить и концессионеру. К у з н е ц Убирайся! Твоя окончена работа, - ребятишкам на молочишко подработал. Знания у тебя хотели призанять - подучились, пора и честь знать. Выброшенный, вылетает купчина. Нечистые жадно посматривают на вещи. Б а т р а к Я бы взял пилу. Застоялся. Молод. П и л а Бери! Ш в е я А я - иглу б. К у з н е ц Рука не терпит - давайте молот! М о л о т Бери! Голубь! Нечистые, вещи и машины кольцом окружают солнечный сад. М а ш и н и с т (к машинам) Я бы вас пустил. Не броситесь, рыча? М а ш и н ы Ничего! Поворачивай рычаг! Машинист поворачивает рычаг. Загорелись шары. Завертелись колеса. Нечистые смотрят с восхищенным изумлением. М а ш и н и с т Никогда не видел такого света! Это не земля, - это с хвостом поездов горящая комета. Чего волами подъяремными мычали? Ждали, ждали, ждали года - и никогда не замечали под боком такую благодать. И чего это люди лазят в музеи? Живое сокровище на сокровище вокруг! Что это - небо или кусок бумазеи? Если это дело наших рук, то какая дверь перед нами не отворится? Мы - зодчие земель, планет декораторы, мы - чудотворцы, лучи перевяжем пучками метел, чтоб тучи небес электричеством вымести. Мы реки миров расплещем в меде, земные улицы звездами вымостим. Копай! Долби! Пили! Буравь! Все ура! Всему ура! Сегодня это лишь бутафорские двери, а завтра былью сменится театральный сор. Мы это знаем. Мы в это верим. Сюда, зритель! Сюда, художник! Поэт! Режиссер! Подымаются на сцену все зрители. В с е х о р о м Солнцепоклонники у мира в храме - покажем, как петь умеем мы. Становитесь хорами - будущему псалмы! Откуда ни возьмись с о г л а ш а т е л ь удивленно смотрит на комму- ну; сообразив, в чем дело, вежливо снимает шляпу. С о г л а ш а т е л ь Нет, энергичному человеку в раю не место, не люблю я этих постных рыл. Социализм неминуем - я это всегда говорил. (Нечистым.) Товарищи, не надо зря голосить, пение обязательно надо согласить. (Отходит в сторону и тихо дирижирует ручкой.) Кузнец отодвигает его вежливо. Н е ч и с т ы е (поют) Труда громадой миллионной тюрьму старья разбили мы. Проклятьем рабства заклейменный, освобожден сегодня мир. Насилья гнет развеян пылью, разбит и взорван, а теперь коммуна-сказка стала былью. Для всех коммуны настежь дверь. Этот гимн наш победный, вся вселенная, пой! С Интернационалом воспрянул род людской. Не ждали мы спасенья свыше. Ни бог, ни черт не встал за нас. Оружье сжав, в сраженье вышел и вырвал власть рабочий класс. Одной коммуной слили мир мы. Весь мир обвил рабочий круг. Теперь иди, попробуй, вырви его из наших сжатых рук. Этот гимн наш победный, вся вселенная, пой! С Интернационалом воспрянул род людской. Навек о прошлом память сгинет. Не встать буржуям - крут удар. Землею мы владеем ныне, солдаты армии труда. Сюда от фабрик и от пашен, из городов сюда и сел! Земля от края к краю наша, кто был ничем - сегодня все. Этот гимн наш победный, вся вселенная, пой! С Интернационалом воспрянул род людской. Занавес 1920-1921